Заштатные города Российской империи
от капитализма до капитализма

г. Александровск - Грушевский

Сайт Бондаренко Павла Ивановича

Главная

Об авторе

Гостевая

ЧАСТЬ I

1. Путешествие в прошлое
2. Открыватели недр Донбасса
3. Старый, новый и Большой Донбасс
4. О земле донских казаков
5. Екатеринославские уезды Донбасса
6. Пришельцы из волчьего логова
7. Антрацитовая горячка на Грушевских рудниках
8. Строительство Грушевско-Аксайской железной дороги
9. Нетипичный город
10. Развитие капитализма в заштатном городе
Углепромышленники Александровск- Грушевского
11. С. Н. Кошкин
12. И. С. Кошкин
13. И. С. Панченко
14. А. В. Марков
15. Н. И. Чурилин
16. Г. И. Шушпанов
17. Е. Т. Парамонов
18. Н. Е. Парамонов. Начало пути
19. Н. Е. Парамонов. От Елпидифора до Байройта
20. Н. Е. Парамонов. Что имеем не храним...
Участие Грушевских углепромышленников во Всероссийских и международных промышленных выставках
21. Санкт-Петербург 1870 г.
22. Москва 1882 г.
23. Нижний Новгород 1896 г.
24. Париж 1867 г.
25. Париж 1889 г.
26. Париж 1900 г.
Горные инженеры и штейгеры Грушевки
27. В. А. Вагнер
28. Н. А. Юганов
29. Б. М. Файвишевич
30. Е. М. Колодуб
31. М. Б. Краснянский
Известные люди, посещавшие Грушевские копи в XIX в.
32. Наследник престола Великий князь Николай Александрович
33. Наследник престола Великий князь Александр Александрович
34. Ученый Д. И. Менделеев
35. Художник Н. А. Касаткин
36. Писатель А. С. Серафимович

ЧАСТЬ II

1. О степени эксплуатации Грушевских горнорабочих
2. Артели горнорабочих как форма организации трудового коллектива
3. Женский и детский труд
4. Оплата труда и благосостояние горнорабочих
5. Охрана труда горнорабочих
6. Быт и досуг Грушевских горнорабочих
7. Рабочее движение
8. Руководство города Александровск-Грушевского на рубеже XIX-XX веков
9. Городская торговля
10. Благоустройство города

11. Благотворительность александровск-грушевцев

12. Общества, товарищества, кооперативы

13. О состоянии народного здравия в Александровск-Грушевском

14. Развитие образования в заштатном городе Александровск-Грушевском

     7. Антрацитовая горячка на Грушевских рудниках.

Не имея минералогических известий о недрах Донской земли, местные казаки по одним поверхностным наблюдениям открывали здесь полезные ископаемые, которые приносили общественную и частную пользу.
На первых порах ломка каменного угля составляла предмет народной промышленности. Грушевский антрацитовый рудник развился вполне самобытно, вне всякого влияния иностранных примеров и ученой литературы. Он шел вперед, не обращая ни малейшего внимания на совершающееся кругом, и по всей справедливости заслуживает названия рудника исключительного, оригинального, не похожего ни на один из существующих рудников уже потому только, что в нем добыча минерального топлива есть промысел народный не в переносном, а в прямом значении слова.
Во времена давно минувших дней, когда случай открыл нахождение антрацита на Грушевке и антрацит этот оказался годным к употреблению в кузницах, родилась неминуемо мысль добывать его оттуда, но по мере увеличения желания воспользоваться даровым топливом, существующие обнажения обваливались и с каждым днем неумолимая природа представляла новые преграды неопытным рудокопам. Между тем весть о чудном горючем камне быстро разлеталась в окрестностях и возбудила собою общий интерес до такой степени, что на Грушевку был послан целый рабочий полк, который вырыл там огромную яму сажен в 15 шириной (~ 30 м) и силою оружия, так сказать, обнажил пласт и породы на довольно большое расстояние.

Неудачная попытка открытого способа добычи каменного угля на Грушевке.
Следы этой ямы долго потом сохранялись и служили живым монументом минувшего события, если ничтожного по результатам, то стоившего немалого труда и усилий. Дождь и весенние воды мало-помалу уничтожали его, точно так, как десятки лет изглаживали из памяти людской воспоминание о прошедшем.
Во всяком случае означенная яма была первою значительною работою, предпринятою для добычи антрацита. За нею последовала система называемых на Грушевке ползовых ходов, т. е. ходов, идущих по пласту вглубь до тех пор, пока вода не воспрепятствует дальнейшему прониканию.
До конца 20-х гг. 19 века нет сколько-нибудь полного и связного описания донецкой каменно-угольной промышленности.
Известно, что в 20-х гг. XIX столетия каменный уголь в войске Донском добывали крестьяне чиновников в некоторых деревнях по речкам Миусу, Крынке, Грушевке, Кундрючье, Донцу, Быстрой и Кадамовке. В то время уже было понятно, что при хозяйственном и правильном добывании каменного угля, он может обойтись весьма дёшево и в безлесных местах Донской земли принес бы значительную пользу, заменив дрова в кирпичных и винокуренных заводах, при обжиге извести и даже в домашней отопке.
Грушевские рудники в безлесной местности способствовали сбережению лесов в безлесной местности угольного края. Население Войска Донского росло, а площадь лесов таяла.
В середине XIX столетия на 34 десятины Войсковых земель приходилась лишь 1 десятина леса тогда как в центральных губерниях это соотношение было 56:21.

Степь. Безлесному донскому краю, вступающему в период промышленного роста, требовалось минеральное топливо.
К 1910 г. в войске Донском на 1 кв. км. леса приходилось 2500 жителей.
Приведем свидетельство о безлесности нашего края члена Императорской Академии наук в Петербурге П. Кеппена:
“In den von der Antracit-Region entferten Gegenden, weiss der Kosak noch nichts von der Steinkohle, und als Feuerungsmittel bedient er sich, nach wie vor besonders des Düngers , der doch fruh oder spät anders verwendet werden muss»: В отдаленных от антрацита районах казак еще ничего не знает о каменном угле, который все же рано или поздно придется использовать, а пока в качестве огневого средства ему по-прежнему служит предпочтительно удобрение (кизяк).
Однако в 20-х гг. здесь еще не обращено внимания на сие полезное вещество, которое употребляют в одних только кузнечных работах, а потому и добывание оного, весьма, впрочем, малозначащее, производится простою ломкою, без всяких правил и самыми примитивными средствами.
Лучший уголь находили по Донцу, в балках Рубежной и Шляховой. Того же свойства был уголь по речкам Кадамовке и Грушевке.
Воз каменного угля на месте продавали от 6 до 10 руб., а с перевозкою в Новочеркасск, Ростов и Нахичевань от 10 до 15 руб.
К 1836 году добыча антрацита несколько усилилась и обратила на себя внимание Войскового Правления, которое, заметив, что угольный промысел начинает доставлять промышленникам выгоды, командировало на хутор Поповку Асессора Максимова для изучения этого дела, с намерением, если оно выгодно, то наложить с добываемого минерала пошлину в пользу войска Донского.
Максимовым найдены были на Грушевском руднике шесть горных работ в виде штолен, направленных по наклону пласта, принадлежавших первым Грушевским углепромышленникам: Есаулу Фомину, казакам: Галушкину, Левицкому, Болдыреву, Струкову и Дубровскому с Сухаревским, которые добывали ежегодно антрацита до 50 000 пудов. Антрацит продавался 20 —25 коп. ассигнациями на месте. В Луганский завод для пробы отправлено было 2000 п. и в Николаев 600 п. В Октябре месяце этого же года выработка возросла до 150 000 пудов. По донесению Максимова, Войсковое Правление определило за каждый пуд вывезенного с мест разработки антрацита взимать в пользу войска по 2 коп. ассигнациями пошлины, которую положено было отдать в откупное содержание.
До конца 30-х гг. XIX в. отечественные геологии провели огромную работу по исследованию каменноугольных месторождений в Донбассе.
В 1939 г. Штабс-Капитан Александр Борисович Иваницкий публикует в Горном журнале (кн. VII) статью О месторождении антрацита при хуторе Поповом на речке Грушевке в земле войска Донского к которой прилагается Приблизительный план месторождения антрацита при хуторе Поповом на речке Грушевке.

План месторождения антрацита при хуторе Поповом на Грушевке.
Иваницкий родился в 1811 году в семье горного инженера Бориса Ивановича Иваницкого, который закончил свою службу в должности столичного начальника архива Департамента Горных и Соляных дел. В 1831 году окончил Горный кадетский корпус. Служил пробирером и затем управляющим Лисичанскими угольными копями. Ездил в Силезию и Англию для ознакомления с новейшими достижениями в различных областях горного дела и геологии. Первым определил возраст низов угленосной толщи Донбасса (нижний карбон).
<Он говорил на французском, немецком и английском языках. П. Николаев в своих «Воспоминаниях о князе А.И. Барятинском» пишет:br> «Начальником горных инженеров на Кавказе был тогда полковник А. Б. Иваницкий, человек, бесспорно, с большими сведениями, рьяный славянофил, безобразный как Квазимодо, большой руки спорщик и вообще парень до крайности бойкий».
Из воспоминаний писателя Владимира Соллогуба:
"Итак, при Воронцове, кроме Ханыкова, находились два ученые инженера братья Иваницкие, из которых одного называли «серебряный», а другого «золотой». "Серебряный" - это его брат Евгений Борисович Иваницкий.
Заинтересованный в развитии горного дела в отечестве, Анатолий Николаевич Демидов в 1837 году снарядил на свой счёт учёную экспедицию для изучения южной России и Крыма.

А. Н. Демидов.
В этой экспедиции приняло участие 22 лица, в том числе несколько выдающихся учёных и художников во главе со знаменитым профессором горной парижской школы Ле-Пле. В работе экспедиции приняли также участие А.Б. Иваницкий, П.Ф. Мевиус, Н.Т. Летуновский и В.М. Соколов.

Экспедиция Ле-Пле.
Ле-Пле принял в ней участие в качестве геолога и специалиста по разработке копей, причем каменноугольный Донецкий бассейн должен был служить главным предметом его занятий. Фредерик Ле-Пле первый дал обстоятельную карту этих замечательных залежей, и Демидов пришел в такой восторг от своего сотрудника, что, не желая расстаться с ним, поручил ему реорганизовать эксплуатацию всех металлических залежей, принадлежавших ему на Урале.

Карта Донецкого бассейна по Ле-Пле.
Результаты этой первой по времени научно обставленной экспедиции, уже тогда предвидевшей блестящее будущее русской горнозаводской промышленности, опубликованы в великолепно изданном описании этого путешествия под названием: «Voyage dans la Russie Meridionale et la Crimee par la Hongrie, la Valachie et la Moldavie, execute en 1837, sous la direction de M. Anatol de Demidoff par M. M. de Sainson, Lе-Play, Huot, Leveille, Raffet, Rousseau, de Nordmann et du Ponceau». Dedie a S. M. Nicolas I-er Empereur de toutes les Russies, Paris, 4 vol., 1840—1842. В ней на отдельном листе имеется геологическая карта района хутора Поповский. На титульном листе французского издания по русски начертан девиз: Не словами, а делами. Русский перевод издан в 1853 году.
Описание собственно путешествия вышло также особо, под заглавием: «Voyage dans la Russie Meridionale et la Crimee par la Hongrie, la Valachie et la Moldavi, execute en 1837 par M. Anatol de Demidoff», Paris, 1840, illustre de 64 dessins par Raffet. Это сочинение появилось в переводе на русский язык в "Журнале Министерства Народного Просвещения (ч. LXXXII № 6) и затем в пересмотренном виде, вышло в 1854 году в Париже вторым изданием и переведено было на языки: итальянский (Тоrinо, 1841), польский (Warszawa, 1845), русский (Москва, 1853), английский (London, 1853, 2 г.), немецкий (Breslau, 1854) и испанский. Кроме того, в 1842 году на французском языке появилась работа главного горного инженера Ле Пле, выполненная при участии Миленво, Лалана и Эйро, под названием: «Исследование каменноугольного Донецкого бассейна, произведённое в 1837—1839 гг. по распоряжению А. П. Демидова».

Карта района хутора Поповский по Ле-Пле
По желанию инициатора и организатора экспедиции книга Ле Пле была переведена на русский язык проф. Г. Е. Щуровским и издана в 1854 году в Москве, с атласом, геологическою картою и обширным приложением от переводчика, в коем изложены дальнейшие успехи каменноугольного дела в Донецком бассейне.
Цель экспедиции, снаряженной А. Н. Демидовым, в предисловии к названному сочинению объясняется таким образом:
«А. Н. Демидов, предпринявши с огромными средствами исследование южной России, имел ввиду преимущественно заняться решением промышленного вопроса, которому изречение Петра Великого (о каменном угле) сообщило интерес национальный».
Развитие торговли на Черном море, в начале текущего столетия, и политическое, так сказать, значение каменного угля, приобретенное им вместе с новейшими приложениями паровых машин, направили к этой части Империи общее внимание и правительства, и местных начальств в такой степени, как никогда еще не бывало. Главный вопрос состоял в том, чтобы определить количество и качество минерального богатства...»
В результате экспедиции была составлена “Общая таблица месторождений и слоев каменного угля, образующих восемь каменноугольных групп Донецкого кряжа”, в их числе и каменноугольная группа Нижнего Донца – восточная антрацитовая часть Донецкого бассейна, известная еще Оливьери с 1828 г.
К шестой группе Ле-Пе отнес месторождения Екатерининское, Нижне Серебряковское, Дедовское, Рубежное, Погореловское, Садковское, Голубиное, Верхне-Кундрючьевское, Бронницкое, Крестовское, Кринское, Керчинское, Овраг Бургуста, Мокрологское, Даниловское, Кадамавское, Грушевское. br> Производительность ее во время Ле-Пле определялась всего в 21 295 пуд.
В 40 годах только этот район показал сильное свое развитие.
Приведенный Ле-Пле обзор каменноугольных групп в сопоставлении с данными 1806 г. показывает значительное распространение площади разработки каменного угля в Донецком бассейне. Сосредоточиваясь ранее в районе Луганского завода, разработка каменного угля захватила теперь южный, юго-восточный и западный район бассейна.
Во второй половине 20-х годов минеральное топливо было совершенно почти неизвестно на побережье Черного и Азовского морей, а в 1839 г. по приблизительному исчислению Ле-Пле потребление этого района выражалось очень солидной для того времени цифрой 549 000 пудов.
Весьма вероятно, что хороший отзыв Ле-Пле и Моленво о качествах Грушевского антрацита на р. Грушевке, вблизи хут. Попова, повлиял на начальника штаба корпуса горных инженеров Невинна, и он приказал испытать это минеральное топливо в Луганском заводе.
Антрацит, будучи употреблен в сыром виде в вагранке, дал результат, которого до сих пор тщетно старались получить другим ископаемым горючим материалом, находящимся в окрестностях Луганского завода; переплавленный им чугун оказался превосходнейших качеств: мягок, плотен и весьма жидок. Это открытие дало вернейшую надежду в успехе доменного производства. С тех пор добываемый у нас уголь стал известным под именем "Грушевского антрацита".

Грушевский антрацит.
В описаниях антрацита и даже в лекциях минерологов долгое время отличительным признаком Грушевского антрацита от других углей приводилась "побежалость", с объяснением — игра цветов голубиной шеи, называли антрацит также лучистым.
Местное начальство, видя всю важность этого открытия, озаботилось иметь точнейшие сведения о месторождении сего минерала.
Исследование показало, что месторождение антрацита вверх по речке Грушевке при хуторе Поповом сделалось известным за тридцать лет пред сим. В то время оно разрабатывалось несколькими кузнецами из города Новочеркасска с поверхности для собственной нужды; после Французской войны 1812 года, разработка эта распространилась и приняла вид, в каком ныне находится.
В этом месторождении известно и разрабатываются два пласта антрацита. Нижний пласт спаями наслоения разделяется на несколько слоев, что весьма облегчает его выработку. Нижний изъ этих слоев называется рабочими черепицею, в употреблении не столь хорош, как остальной уголь; он идет преимущественно на отопку землянок, находящихся при руднике.
Кроме этих двух пластов, обнажения подобного же антрацита (по словам работников) являются в нескольких местах вверх по речке Грушевке, и между прочим в земле хутора Власова, где однако же, по нежеланию хозяина, не разрабатывается.
Исследования Лаврова и Ф. Короваева показали, что Поповский уголь представлял собою весьма твердый антрацит, содержащий 88,3 % угля, 2 % золы, 9,7 % летучих веществ и 1,7 % серного колчедана.
Все количество добываемого здесь антрацита до сего времени употребляется единственно для кузниц и для домашних печей.
Углекопы Грушевские разводят его в своих землянках просто на почве без всякой печи, складывая его в пирамидальные кучи. В городах Ростове и Черкасске употребляется он с большою выгодою для нагрева кухонных очагов и в некоторых фабриках (пивоварня в городе Черкасске). В хуторе Попове поселяне употребляют этот антрацит для нагрева своих хат и жгут его в обыкновенных своих печах без колосников.
В городах Черкасске, Ростове и в некоторых окрестных местах, в кузницах Грушевский антрацит употребляется с большим успехом.
По уверению лиц, занимающихся добычею антрацита, его обращается в год до 30 т. пудов.
В начальный период развития антрацитовых месторождений в Области Войска Донского работы по добыче антрацита производились беспрепятственно, при отсутствии какой бы ни было регламентации со стороны войскового начальства.
В конце 30-х годов, как только добыча антрацита начала приобретать заметные по тому времени размеры, отношение войскового начальства к этому вопросу существенно изменилось. В 1836 г. 2 августа, последовало Высочайшее повеление, установившее своеобразную регалию на угленосные земли: после открытия антрацитовых залежей на чьем-либо участке, этот участок отходил Войску, с вознаграждением владельца этого участка землей в другом месте, из запаса войсковых земель. Конечно, по условиям того времени эта мера могла иметь и действительно имела один результат: владельцы, открывшие антрацитовые залежи, старались скрыть это от войскового начальства.
Нужно быть очевидцем, чтоб оценить тот панический страх, какой производит появление поисковой партии в любом округе земли Войска Донского. И в самом деле кому из земледельцев, занимающихся мирно и тихо хлебопашеством в уголке, приобретенном воинскими заслугами или иным путем его предками, приятно потерять клочок земли или лишиться замкнутости своих владений из за того только, что Богу угодно было именно на этом месте излить свои щедроты в виде признаков кварцевых жил, содержащих куски серебристого свинцового блеска, или в форме гнездовых месторождений железных руд, или, наконец, в виде пластов антрацита, высовывающихся из недр земли и как бы умоляющих о разработке в обрывах и крутоярах балок, окружающих красивую усадьбу. Старания скрывать от любопытного взора и от молвы минеральное богатство своих участков часто доходит даже до жалкого н вместе с тем смешного факта, когда донские помещики, ревнуя об усовершенствовании сельского хозяйства и заводя паровые молотилки. покупают для отопки локомобилей за дорогую цену и привозят за 50 — 60 и более верст горючий материал, между тем как они очень хорошо знают, что совершенно такой же каменный уголь, а может быть еще и лучшего качества, лежит на аршинной глубине в их саду, где долголетними трудами удалось завести среди окружающей знойной степи приятную прохладную тень под зеленою купою дерев из ясеня, яблони, акации и груши.
К концу 30-х годов плотность населения в войске Донском оставалась крайне низкой и едва достигала 70-100 душ на кв. милю. Нехватка рабочих рук на сельских и горнорудных работах пополнялась пришлыми сезонными работниками.
Хозяева разработок большею частию Донские казаки; горными работниками им служат частью жители окрестных помещичьих сел, частью же поселяне Старобельского и других уездов; они задельной платы не получают, но за труды свои берут половину или две трети добытого угля, смотря по большей, или меньшей легкости работы.
Казаки хутора Поповский, на правом берегу р. Грушевки, закладывают на своих землях шахты в 5-7 саж. глубиной и отдают их «посторонним работникам», как выражается Ле-Пле на условиях испольной разработки, причем такой испольный работник зарабатывает 1 - 11/2 рубля серебром в день «Шахта в 6 саж. Глубины часто обходится около 275 руб. сер., считая тут и прибор для извлечения угля».br> Рабочие на Грушевку приходят из внутренних губерний: Воронежской, Тамбовской, Калужской и Тульской, преимущественно зимою.

Они делятся на артели и договариваются с шахтохозяевами, за известную плату с пуда годного в продажу антрацита, добыть его, закрепить и заложить выработанное пространство, доставить к шахте, поднять на поверхность, наконец, по мере порчи, чинить и исправлять инструменты. На обязанности же владельца шахты лежит: отливка воды и все расходы по содержанию лошадей и ремонта орудий и каната.
Когда рабочих много и требование на уголь не велико, цена за добычу таким образом одного пуда антрацита понижается до 2-х коп. сер.; когда наоборот рабочих мало, а шахт действующих много, она быстро повышается до 4, даже до 5 коп. сер.
Некоторые хозяева, с целью привлечь толпу, надбавляют цену, но в то же самое время, пользуясь слабостью человеческой натуры, ловко сбывают рабочим из своих лавок водку и все необходимые принадлежности одежды, разумеется за дорогую плату, так что заработанные деньги остаются в хозяйских руках, а люди из долгов никогда не выходят. Рабочие, со своей стороны, также не упускают случая воспользоваться стеснительными обстоятельствами и едва узнают, что владелец шахты уголь запродал, как требуют огромной надбавки, или бросают инструменты и уходят на другие шахты. Тоже самое делают они часто без всякой причины, или когда забой удалился от шахты и доставка антрацита по узкому ходу в салазках становится утомительною. Сила договора, данного обещания, или честного слова тут ничего не значит и на Грушевке до такой степени укоренилась система неустоек по условиям, что даже многие хозяева, запродав уголь одному лицу, не стесняются уступить его другому, если он даст цену выше. Одним словом, в этом отношении, рудник представляет не правильный промысел, доставляющий товар за более или менее определенную цену, а огромный базар, где соперничество дошло до пределов страсти и жажда скорого обогащения извиняет всякие поступки, лишь бы достигнуть цели хоть на короткий срок.
При благоприятных обстоятельствах, на каждого рабочего в артели приходится до 50 пуд. антрацита, так что задельная плата в день может достигнуть 2 руб. сер. Впрочем, обыкновенпо она выходит гораздо менее и по средней сложности не должна почитаться более 1 руб. 50 коп. серебром. Эта высокая плата, сравнительно с иностранными платами, однако не производит желаемого влияния на нравственность рабочих. Они по прежнему одеваются грязно, едят в немытой посуде, живут неопрятно, а в свободное время предаются исключительно пьянству и пропивают все. Тогда, под влиянием винных паров, их удаль выражается в диких формах, жизнь становится копейкою и они предаются опасным наслаждениям, вроде например прыганья через шахту, или подымания с глубины 30 саж. на руках, ухватившись за бадью и вися над бездною. Конечно, нет правила без исключения и исключения на Грушевке есть, но все-таки преобладающий элемент мало отраден.
Во все времена, вплоть до социалистической революции 1917 г. Грушевские углепромышленники терпели большие неудобства от явления, составлявшего большое зло Донецкого Бассейна — от неустойчивости рабочих рук.
Предложение рабочих рук и цены на них колеблются не только по годам, но и по временам года: весенний и, особенно, летний отлив рабочих из промышленности на полевые работы создает недостаток рабочих рук и повышает цены на них, а поздней осенью и, особенно, зимой наблюдается обратное явление.
Существует разница и между отдельными предприятиями: благоприятные условия работ на отдельных рудниках, естественно, создают для них более благоприятное положение в вопросе об обеспечении живой рабочей силой.
В рудниках безопасных, сухих, более развитых штреками, имеющих свободный текучий воздух, необходимый для дыхания людей и горения огня, работники нанимаются охотнее и берут цены с понижением против цены в тех рудниках, где менее удобств.
Самые работы производятся следующим образом: до пласта антрацита достигают не шахтами, но наклонными штольнями, затем закладывают ход горизонтальный и из него уже по падению начинают выработки вниз галереями, называемыми там лавками.
Эти галереи ведутся самым неправильным образом. По мере удаления забоев от галереи, откаточный ход прокладывают диагонально. Эти ходы от вспучивания почвы и от закладывания боковых стен породою так тесны и низки, что человек едва может проползти лежа. Откатка по этим ходам производится в корытцах, к которым приколачивают деревянные окованные железом полозья; длина корытца около одного аршина, ширина до 7 вершков; в них помещается до 2 пудов угля. Рабочий ползет по ходу и тянет корыто за собою веревкою. При работе употребляется два инструмента: балда и долото; долото похоже на обыкновенное плотничное, но длиною бывает с деревянной ручкою до 5 четвертей.
Вертикальный влом (канура, по названию рабочих) делается или с одного бока, или посредине забоя, только в таком случае, когда пласт совершенно не имеет вертикальных трещин. Мелкого антрацита получается очень мало и тот на поверхность не вывозится. Таким образом вырабатывают пласт антрацита, но верхний слой его толщиною до 5 дюймов оставляется для подкрепления крыши; он впоследствии вместе с первою крышею сам обваливается и вывозится на поверхность. Вода иногда накопляется в забоях, но ее на поверхность вывозить нет возможности; затопленные забои оставляют; летом вода сама просачивается сквозь породы, и забои высыхают. Крепи при выработке не употребляют; изредка ставят стойки для поддержания висячего бока при забоях.
Для освещения жгут сало в глиняных черепках (каганцах).
При проходке вновь заложенных ям, некоторые хозяева, желая скорее достигнуть до пласта антрацита начали углублять шахты до 2 аршин в квадрат, с тем намерением, чтобы, достигнув до пласта шахтою, продолжить наклонный ход, или доставлять товар на поверхность шахтою, смотря по удобствам, для чего устроены шахты при двух новых проходках и при них ручные стоячие ворота с одною бадьею.
Специализация шахтеров в каменноугольных копях подразделяет их на артельщиков, забота которых найти рабочих и управлять ими, забойщиков, саночников, вагонщиков, стволовых, верховых, погонщиков, сортировщиков. Существует определенное соотношение между рабочими разных специальностей: на 2-х забойщиков приходится 1 саночник, а на 2-х саночников — 1 вагонщик. После 2-3-х лет исполнения работы саночника рабочий делается забойщиком. При 2-х сменной работе на шахту требуется 2 погонщика.
Смертные случаи там не редкость; они происходят или от разрыва каната, или от употребления при порохострельной работе железных штревелей и прибойниковъ вместо медных или вообще благодаря той бесшабашности, которая пропитала весь уклад жизни грушевского горнорабочего.
Зимою рудник представляется еще более в плачевном виде. Устья шахт, покрытые легким навесом, подвергаются полному влиянию морозов, стены их обмерзают, канат тоже, вокруг скользко и везде мокро. При отливке воды бадейщики находятся в самом ужасном положении. Сырость, ветер и мороз, вот три элемента, с которыми приходится бороться их закалённому здоровью. По истине, должно признаться, только одна русская натура, без стона и упрека, без жалобы и ропота, в состоянии переносить эти невзгоды. Может быть потому впрочем, что русские рабочие не видали лучшего устройства, они, так сказать, по силе привычки, потеряли сознание опасности и, залив в горло добрую рюмку водки. С веселою песнею, на ветхом канатишке, спускаются в обледенелую шахту, тогда, как в глазах немца она представляется верною могилою.
К началу 40-х гг. настало время, совершенно противное прежнему, когда добывалось мало угля и антрацита, и то не знали, куда с ним деваться; теперь же сбыт и потребление опережают добычу, и следует приняться за новые способы с деятельностью.
Граф М. С. Воронцов, так много хлопотавший о развитии донецкой каменноугольной промышленности, получил в 1833 г. несколько образцов Грушевского антрацита и приказал употребить его в топках пароходов.

Производившие опыт донесли, что этот уголь не давал ни огня, ни копоти, почему он и был брошен, как негодный. Несколько лет спустя граф Воронцов познакомился в Карлсбаде со знаменитым Мишелем Шевалье (Michel Chevalier), который в то время готовил брошюру об американском антраците и навел графа на мысль, что найденный в Грушевке «негодный уголь»» - тот же антрацит.
Рос спрос на уголь и об открытии шахты в Грушевке до 4-х тысяч квадратных сажен, которые по своему положению выгодны в этом месте, просили чиновники от Графа Воронцова.
Это имя со школьной скамьи известно каждому по едким эпиграммам А. С. Пушкина.
В то время в доме Воронцовых жил Александр Раевский, который служил чиновником особых поручений при губернаторе Новороссии. Дерзкий молодой человек был безумно влюблен в Елизавету и, по воспоминаниям очевидцев тех событий, она также была не равнодушна к его ухаживаниям. В этой любовной истории Пушкину, который считал Раевского своим добрым приятелем, была отведена не самая завидная роль… Поэт стал в доме гостем, который должен был отвлечь внимание Воронцова от реального соперника. На какое-то время это удалось. «Прикрытием Раевскому служил Пушкин. На него-то и направился с подозрением взгляд графа», - описывал эти события драматург Петр Капнист.
Неудивительно, что отношение Воронцова к своему подчиненному резко охладилось. Ответом на это стали знаменитая эпиграмма Пушкина:
Полумилорд, полукупец,
Полумудрец, полуневежда,
Полуподлец, но есть надежда,
Что будет полным наконец...
Выносить такие насмешки граф не мог. «Если вы хотите, чтобы мы остались в прежних приятельских отношениях, не упоминайте мне никогда об этом мерзавце», - как-то высказался он в присутствии своих приближенных, попытавшихся хлопотать за поэта.
От Корпуса Горных Инженеров капитана Гурьева поступил рапорт Атаману Донского Войска Генерал Лейтенанту Власову открыть работы в никем не занятом месте для поставки антрацита в Черноморские порты на 1842 и 1843 годы.
Поразительно быстрое развитие для того времени дают Грушевские антрацитовые разработки, развившие свою добычу за 10 лет с 15 000 пуд. до 1 200 000 пуд и оттеснившие на второй план все другие угленосные районы нашего юга. Это развитие было обусловлено исключительно развитием потребления минерального топлива на южно-морских побережьях и близостью к нему Грушевских копей.
Наконец в 1841 г. по указанию горного инженера Томилова была заложена на Грушевском месторождении первая шахта, по образцу которой устроились и все остальные шахты в группе так называемых старых выработок, означенных на общем плане отводов отдельно, и состоящих из 124 участков в количестве 193 583 саженъ. Сначала, как и всякое дело, раздача участков, форма их и направление нарезок, производилось без точного исследования и порядка. Влияние получающего участок лица, гадательные предположения об особенном достоинстве одной местности перед другою, счастие и несчастие соседей, — все принималось углепромышленниками во внимание, все бралось в расчет. Мало-помалу антрацитовая промышленность развивалась, требование на уголь увеличивалось, а вместе с ними увеличивались и разные столкновения, недоразумения и споры между шахтохозяевами, как это неминуемо должно происходить в деле, не устанавливающемся на прочных началах и подстрекаемом интересом.
Августа 23 дня 1840 г. состоялось первое законоположение о добыче антрацита на Дону.
В 1841 г. определено пространство каждой шахты въ 1500 сажен.
В 1844 г., по Высочайшему разрешению, назначен смотритель копей.
В 1846 г. введена отчетность по добыванию угля. В том же 1846 запрещена новая раздача мест под шахты со времени выбора угля из розданных уже участков.
Наконец последовал закон 20 Октября 1851 г. В нем величина участка на одно лицо назначена в 1600 квадратных сажен, а в видах устранения могущих возникнуть впредь ссор и недоразумений, вменено в обязанность вырабатывать пласт не иначе, как по правилам горной науки и правила эти изложены с полною подробностию, относительно размеров шахты, способа ее крепления и порядка ведения внутренних ходов, какие всякий шахтохозяин должен был у себя делать, с обозначением длины и ширины их в аршинах и вершках. Благодаря этим правилам и старанию горного инженера Барона Врангеля, заведующего Грушевским рудником, все углепромышленники помирились между собою и общею подписью утвердили план нарезок. Род Врангелей датского происхождения. На русской службе они появляются лишь в последний период Семилетней войны и в последующих турецких войнах. Из них было 18 генералов, 2 адмирала. В России из них были в должностях министра — 1, члена государственного совета — 1, сенаторов — 2, губернаторов — 2, попечителя учебного округа — 1, профессора — 1
Белая армия,чёрный барон
Снова готовят нам царский трон...
В этой песне советских времен упоминается один из последних представителей рода Врангелей.
Антрацит был дорог от неправильной добычи, но самая главная причина дороговизны от худой системы найма рабочих. Все основано на том, что хозяин на свой счет должен пройти яму, а рабочие являются добывать уголь, с тем, что без всяких расходов берут 2 пуда себе, а 3-й отдают хозяину; цена антрацита не дешевле 30-ти копеек, следовательно работник за 3 добытые пуда, на свою часть, получает 60 копеек, или за каждый пуд по 20-ти копеек. На 1/3 у хозяина падает освещение, содержание инструментов и расчистка обвалов. За всеми этими расходами ему остается очень немного. Он старается вознаградить свои труды, выгодно выменивая от углекопов собственный их уголь, на жизненные припасы и другие вещи. Таким образом почти весь антрацит переходит от работников к хозяину, который старается еще выиграть при продаже антрацита, то есть за пуд берет до 35-ти копеек. Этого антрацита добывается до 150 000 и работников с разных окружных мест собирается к осени до 200 человек, а иногда и более.
В Лисичанских разработках, где средняя глубина нынешних работ простирается до 40 сажен, пуд угля обходится около 10 копеек. Из этого можно заключить, что при учреждении правильной разработки в Грушевском месторождении, где глубина долгое время не будет превосходить 15 сажен, и где почти совсем не получается мелкого товару, цена за пуд уменьшится вчетверо против нынешней (25 коп).
40-е годы 19 века представляют яркую картину развития Грушевской антрацитовой промышленности.
Разработки по-прежнему производились местными жителями, но с 1841 г. появляется уже горный офицер для руководства и надзора за этими работами.
Товар продавался от 10 до 20 коп. за пуд.
На рынках по воскресеньям можно видеть в Ростове, Таганроге и Новочеркасске поселян, привозящих повозками этот антрацит для мелочной продажи, как бывало, привозили дрова или кизяк в виде кирпича.
По-видимому, успешная конкуренция Грушевского антрацита с другими районами Донбасса производила прямо таки терроризирующее впечатление на современников. «Появление и разработка Грушевского и Екатерининского антрацита в войске Донском есть и будет гробом наших мягких углей в Азовских портах» пишет Скальковский.
До начала 40 гг. 19 в. мы имеем приблизительные данные по добыче антрацита, поскольку учет еще не входил в обязанности шахтовладельца.
Более или менее точные сведения о размере добычи Грушевского антрацита начинаются с 1841 года, после того как были установлены весы для определения пошлинного сбора с антрацита в пользу войска Донского.
В одной из записок Грушевского антрацитопромышленника, 1-й гильдии купца Михаила Конева (по материалам А. П. Кеппена) развитие добычи антрацита в Грушевских районе представляется в таком виде:

Таблица 1. Добыча антрацита на Грушевских Рудниках.
В 1845 году, по словам Конева, могло выработаться до двух миллионов пудов, «но по случаю остановки сбыта едва ли не ограничится половиною этой пропорции, и потому работы по добыванию ныне уменьшились до трех четвертей и при таком положении сбыта менее, чем через год, должны быть совершенно закрыты. Напротив бы при постоянном сбыте добывание могло дойти через три года до 5 миллионов пудов в год».
Так в середине 40 гг. впервые на Грушевских рудниках начинался кризис перепроизводства, поскольку Донецкая промышленность всегда проявляла способности быстро обгонять рыночный спрос, интенсивно развивая добычу под влиянием требований рынка.
Для преодоления кризиса Конев предлагает следующие меры:
Прежде всего, необходимо наложить пошлины на английский уголь.
Дабы избавиться от предубеждения против полезных качеств донецкого антрацита, надобно приспособить топки для отопления антрацитом.
Третья причина слабого распространения антрацита - несовершенные способы заготовки его казной.
Это наболевший вопрос, поставленный тогда на очередь всем ходом экономической жизни Грушевки В рассуждениях Конева на эту тему сказался антогонизм между интересами шахтовладельцев и углеторговцев.
Между шахтовладельцами и потребительницей - казной становится инородный элемент — торговец, часто спекулянт, нередко недобросовестный аферист, который ведет такую политику цен, которая несогласна с интересами шахтовладельцев и нарушает нормальный характер отношений в промышленности.
Конев советует самой казне взять на себя дело транспортирования товара, ибо это и под силу ей, и будет стоить дешевле.
Им был выработан первый исходящий из торговопромышленных кругов проект договорных условий на поставку антрацита казне.
Неустойчивость развития промышленности в то время уже обнаружила свои отрицательные результаты, и потому у Конева является вполне понятным стремление на место игры спроса и предложения поставить предварительный учет их и соответственно с этим регулировать самую промышленность.
Усилия Конева не нашли поддержки в торговопромышленных и административных кругах того времени, и этот энергичный промышленник не мог осуществить своих планов вытеснения английского угля с южно-морского побережья.
В материалах А. П. Кеппена по этому вопросу находится пессимистическое замечание, что «Конев, не видя поощрения, остановился жертвовать деньгами и временем, которые усердно употреблял прежде на поездку и переписку, а без того и все сношения его с лицами, кои могли бы посредственно или непосредственно содействовать сбыту антрацита, почти прекратились».
А. П. Кеппен — один из членов-учредителей Географического общества. С 1845 года — управитель отделения статистики общества. В 1846 году по поручению Географического общества составил этнографическую карту Европейской России (издана в 1851 г.).
В 1846 г. Грушевские шахтовладельцы выступили с общим заявление, где указали, что на Грушевке работает 51 шахта, на площади 76 000 кв. сажень, причем стоимость оборудования всех шахт, при оценке каждой из них в 4 000 руб. ассигнациями, составляет 204 000 руб.
Общую характеристику промышленности сие «объявление» представляет в таком виде:
«Хозяева шахт почти все люди весьма недостаточные; из них только малая часть есть людей торговых, а остальные те, которые никогда торговлею не занимались; работы ведут смотря по средствам и силам своим, не с коммерческими расчетами на большие выгоды, а можно сказать только для снискания пропитания».
Несмотря на тенденциозность и жалобный тон этого заявления, нельзя не признать, что мелкий, кустарный характер составлял характерную особенность этого периода развития промышленности.
И в 50-х гг. 19 века одни лишь Грушевские антрацитовые разработки обнаруживали признаки несомненного развития.
Первый горный инженер из донских казаков, который принял деятельное участие в исследовании антрацитов Грушевки, был Юганов Николай Андреевич (окончил Институт Корпуса горных инженеров в 1850 году).
С 1834 г. горные инженеры, вошедшие в состав Корпуса горных инженеров, получают общеармейскую темно-зеленую форму с черной отделкой, светло-синими кантами. На пуговицах помещалась специальная эмблема - перекрещенные молоты. Служащие при Корпусе гражданские чиновники до середины 50-х годов прошлого века продолжали носить обмундирование прежней расцветки, но затем и они получили цвета, принятые у горных инженеров.

Форма чиновников Корпуса горных инженеров.
После упразднения Корпуса в 1867 г. горные инженеры вновь переходят на гражданскую форменную одежду, которая, несмотря на многочисленные изменения фасона и покроя, всегда сохраняла присвоенные ранее черный и голубой отличительные цвета, а также эмблему, помещаемую на пуговицах, головных уборах и петлицах.
В 1859 году добыча антрацита на Грушевке достигла 3.500.000 пуд., тогда как во всем Донецком бассейне добывалось всего 4.400.000 пуд., т. е. Грушевские копи в то время давали до 80% Донецкого угля.
Крымская война дала сильный толчок этому развитию.
В 50-х гг., как и во времена Ле-Пле, южные портовые города жили английским углем.
Одесса и другие порты Черного моря подверглись блокаде во время войны и попали в крайне бедственное положение, т. к. подвоз английского угля был отрезан. Вследствие этого они должны были перевозить уголь из Грушевки и с западного угла Донецкого кряжа за 600 — 800 верст сухим путем, платя за это огромные деньги, до 1 руб. 20 коп. за пуд. Грушевский антрацит доходил в то время по Дону, Волге и водным сообщениям до С.-Петербурга для употребления на Балтийском военном флоте, и благодаря патриотическому посреднику при поставке стоил всего 54 коп. серебром за пуд.
Крымская война, окончившаяся подписанием в марте 1856 года унизительного для России Парижского договора, подвела неутешительные итоги. На Черном море были уничтожены парусные корабли полностью, а пароходов осталось всего восемь. Но торговля, особенно зерном, нуждалась в мощном торговом флоте.
После войны Великий Князь Константин Николаевич предпринял путешествие в Иерусалим; его сопровождали два предприимчивых лица: флигель-адъютант капитан 1-го ранга Н. А. Аркос (опытный моряк, который участвовал во многих боевых операциях, а в будущем знаменитый адмирал) и от Синода Новосельский, ставший позднее городским головой Одессы и много сделавший для развития этого города.

Основатели РОПиТа.
С 1855 года Константин Николаевич управлял флотом и морским ведомством на правах министра. Первый период его управления ознаменовался рядом важных реформ. При нем прежний парусный флот был заменен паровым.
Во время этого путешествия Великому Князю означенными лицами была внушена мысль: вследствие запрещения России иметь флот в Черном море, выстроить такой коммерческий флот, который в случае нужды мог-бы быть обращен на военные надобности.
Флот этот должен быть коммерческий, субсидированный правительством, всегда готовый к его услугам.
Великий Князь сделался сторонником этой идеи, и 4-го мая 1856 г. она была проведена через Комитет Министров, а 7-го мая Министру Финансов Н. А. Аркас и Н. А. Новосельский вручили прошение об учрежденіи "Русского Общества Пароходства и Торговли".
Прошение и проект устава были доложены Министром Финансов Броком Комитету Министров, который в своих заседанмях 9, 12 и 17 июня обсудил еще и добавочный вопрос о том, каким топливом должен будет снабжаться проектируемый флот и постановил: "для получения топлива с умеренными расходами просить Военнаго Министра оказать содействие к отводу для этой цели Обществу достаточного участка земли в Области Войска Донского, близ Грушевских копей, на основании существующих в Войске на сей предмет правил".
Военный Министр тут же дал свое согласие без всякого спроса Управления иррегулярных войск и Военного Совета.
3-го августа 1856 г. последовало Высочайшее утверждение устава и рудник Русского Общества Пароходства и Торговли получил право на существование в земле Войска Донского.

Пароходам РОПиТа требовалось много антрацита.
В 1857 году РОПиТ для разработки угля был выделен участок в 4 кв. версты в трех километрах от реки Грушевка (в настоящее время район «Петровки»). Для устройства рудника из Петербурга был выписан горный инженер Вагнер Петр Александрович, выпускник 1856 года Института Корпуса Горных Инженеров в Санкт-Петербурге.
Именно на шахте РОПиТа была установлена первая паровая подъемная машина в Грушевском районе в 1859 году. Эта машина была изготовлена в Бельгии, имела мощность двигателя в 12 л.с. и производительность 30 тонн в сутки.
Стали привлекаться и технические специалисты. Так один из лучших выпускников Института Корпуса Горных Инженеров в Санкт-Петербурге, Петр Горлов в 1859 году был распределен в распоряжение Русского общества пароходства и торговли, где продолжил изучение горного дела. Пройдя несколько карьерных ступенек, он занимался техническими вопросами: строительством водоотлива на Грушевском руднике, инспектировал шахты, составил первый горно-геологический атлас Грушевского рудника, который позднее был высоко оценен крупным специалистом горного дела Г. П. Гельмерсеном и включён в состав его пластовой карты угольных месторождений Донбасса.
В его честь назван город Горловка на Донетчине, два горных перевала, а также хребет в районе Восточной части Центрального Тянь-Шаня.

Памятник горному инженеру П. Н. Горлову в Горловке. Донбасс..
Помимо разработки существующих небольших шахт (район улицы Мировая Коммуна), а их было 32, в планы общества входило и строительство более крупных угольных предприятий. В октябре месяце РОПиТ заложило первую шахту «Надежда» глубиной 12 саженей. По тому времени это должно было быть крупное угольное предприятие. Однако её строительство было неудачно. Несмотря на это, изыскательские и проектные работы были продолжены и в 1862 году Вагнером была спроектирована и заложена крупная шахта «Покровская» (в советское время шахта им. Петровского). Первый уголь на ней был выдан на-гора в 1870 году.
В 1867 г. был пересечен первый рабочий пласт антрацита, и лишь с 1 октября 1870 г. было приступлено к добыче антрацита, причем к 1 января 1871 г. было уже добыто 425 000 пудов.
Так возник Грушевский рудник первой промышленной компании в Донецком Бассейне по добыче минерального топлива Русского Общества Пароходства и Торговли — РОПиТ.
Общая картина Грушевского рудника предстает в таком виде. Среди грустной, пыльной степи, утомляющей взоры своим однообразным строением и совершенным отсутствием растительности, которая хотя бы сколько-нибудь оживляла ее, находится Грушевский рудник, имеющий в длину 8 верст, а в ширину от 300 до 400 сажень.
По правому берегу Грушевки тянется группа деревянных построек, сколоченных на скорую руку, своим видом напоминающих сараи, потемневших, полуразвалившихся. Между ними зияют обрушившиеся ямы, над которыми торчат две-три перекладины. Это - старые выработки. От них в обе стороны тянется и скрывается вдали за холмами многоверстная улица новых деревянных сараев; это — новая шахта. Около них разбросаны палатки или домики хозяев шахт, землянки — помещения для рабочих и, наконец, бараки — временные лавки для продажи разного товара и прежде всего — водки.
Потом — стога сена и лошади, употребляемые для рудничных работ; стоят они в загородках без крыши.
Фолкнер таким образом заканчивает нарисованную им картину внешнего вида рудника.
Трудно сказать, на что походил бы он, если б купол и крест церкви на равнине не напоминали бы о христианстве и не придавали местности еще более странного вида.
Что касается техники добычи, то г. Фолкнер довольно подробно описывает чрезвычайно элементарный принятый на Грушевке способ разработки. Этот способ вызывает ироническое отношение и Фолкнер предлагает назвать его «очистною работою в виде крыльев бабочки».
Однако Фолкнер признает, что этот чрезвычайно несовершенный в техническом отношении способ разработки имел преимущества коммерческие: он был выгоден промышленникам, был прост и давал возможность быстро развить добычу до значительных размеров.
К этому времени этика предпринимательская в среде шахтовладельцев еще не выработалась. Капитал и предприниматель не смотрят на промысел, как на свою постоянную оседлость, а как на временный приют для азартной игры, где возможны и допустимы все приемы, нетерпимые даже в честной карточной игре.
В начальный период истории Донецкого Бассейна и в первое время деятельности южных горнопромышленных Съездов вопрос о рабочих поднимался исключительно в форме вопроса о привлечении и удержании рабочих в промышленности.
На Грушевских антрацитовых копях все рабочие пришлые, их внутренних губерний России: Тульской, Орловской, Тамбовской, Смоленской, Рязанской и др. и из Лисичанска. Работы производятся главным образом только зимой в период с 15 октября до Пасхи.
В огромном большинстве это были землепашцы, которые работали на шахтах в свободное от полевых работ время. С наступлением весны они оставляют горную работу и уходят в поле и, таким образом, в течение 4-5 месяцев в году рудники остаются почти без рабочих и только большой прибавкой к жалованью можно удержать некоторых из них.
Горные выработки в это время заливаются водой и это обстоятельство требует дополнительных расходов.
Кроме безобидных землепашцев в числе шахтеров были и форменные бродяги из беглых каторжников, были и такие, которые попали в шахтеры из-за общей всем им слабости к водочке.
Так жили наши горнорабочие. И условия их жизни и работы поражали не только и устрашали не только земских статистиков-интеллигентов, не знакомых с условиями тяжелого труда горнорабочего, но такие условия считали невозможными и некоторые из управляющих рудниками.
Более того, профессиональные заграничные горнорабочие также считали такие условия жизни донецких шахтеров совершенно невозможными для себя. Интересный случай, иллюстрирующий этот вопрос, мы находим в рапорте горного начальника Луганского округа г. Фолкнера, представленном им в Горный Департамент 29 сентября 1870 года.
Выписанные на Грушевку вестфальские горнорабочие в 1860 г. с музыкой, в парадных профессиональных костюмах прошлись по улицам Новочеркасска, на потеху любопытной толпе. Но, когда они увидели землянки на Грушевке, бадьи, всю рудничную грязь и неустройство - они решительно отказались спускаться под землю и, сделав нечто вроде стачки рабочих в западной Европе, вызвали вмешательство консулов и администрации...
Впрочем, положение рабочих того времени в Европе и США тоже нельзя назвать радужным.

Положение рабочих на Западе.
Совершенно ясно, что такие условия жизни и работы шахтеров не стояли ни в какой связи с техническими условиями горной работы в шахтах. Но с другой стороны не менее несомненно, что эти условия диктовались не алчностью и бесчеловечностью донецких углепромышленников, а экономической структурой донецкой каменноугольной промышленности того времени. При той неустойчивости промышленности, которая так характеризовала интересующий нас период в истории Донецкого Бассейна, при порывистой смене периодов подъемов и падения конъюнктуры, располагая кадром бродячих рабочих и иных условий труда — промышленность, конечно, не могла иметь иных жилых помещений для рабочих и иных условий труда, чем те, которые были описаны выше. Элемент случайности и непостоянства играл большую роль в промышленности и это, конечно, не располагало ни к постройке настоящих, человеческих жилищ для рабочих, ни к созданию сносных условий труда под землей.
Но и в тот период развития каменноугольной промышленности появлялись уже на солидных предприятиях иные дома для рабочих и иные бытовые условия их жизни. Уже появлялись такие владельцы рудников, которые стали смотреть на рабочих, как на людей, ля которых устраиваются теперь прочные, теплые, чистые помещения, и вообще более стали заботиться об их здоровье и благосостоянии.
На Грушевском руднике РОПиТ появился целый ряд красивых домов, где все сделано для удобства не только одиноких, но и семейных рабочих. Смело можно сказать, что никакой выходец из Вестфалии, Силезии или Богемии не откажется войти в такое жилище.
Никакие правительственные усилия не могли создать угольной промышленности, которая позже возникла как бы сама собою, когда выяснились все необходимые условия для ее развития на юге России и мысль об осуществимости ее вполне созрела в общественном сознании (таблица 2).

Таблица 2. Вклад Донецкого каменноугольного бассейна в общую добычу угля Российской империи.
В России при бедности и дороговизне капиталов, наша сонная предприимчивость наталкивается на отсталое торговое законодательство, ставящее ей преграды и затруднения на каждом шагу; наши обширные пространства, при слабой населенности, страдают полнейшим бездорожьем и по целым месяцам остаются отрезанными друг от друга; наши многочисленные и богатые водные артерии или засорены или не применены к пассажирскому и грузовому движению.
Надо понять, каких героических усилий требовалось для водворения на юге России угольной промышленности. Независимо от громадных затрат, с какими вообще связана разработка рудников, на долю предприимчивости выпала еще нелегкая задача создавать оседлое и приспособленное к делу рабочее население, выстраивать для него целые селения, сооружать на собственные средства в организационный еще период подъездные пути, а по путям этим возить грузы по невозможному тарифу.

ЛИТЕРАТУРА

1. Аркас Н.А. Об учреждении Русского общества Пароходства и Торговли. Санкт-Петербург, 1856.
2. Арсеньев К. Статистические очерки России. Санкт-Петерьург, 1848.
3. БСЭ т. 23. М., ОГИЗ, 1931. ст. Донецкий бассейн.
4. Горлов П.Н. История горно-заводского дела на территории Донецкого кряжа и вблизи Керчи (1696 - 1859 гг.) // Горно-заводское дело: еженедельное издание. — Харьков: Издание Совета Съезда горнопромышленников юга России, 1915.
5. Журнал Министерства Народного Просвещения 1854, ч. LXXXII № 6.
6. Зябловский Российская статистика ч. 2, СПБ., 1842.
7. Иловайский С.И. Исторический очерк 50-летия Русского Общества Пароходства и Торговли. Одесса, 1907.
8. Историческое развитие на Дону горного промысла. Труды Донского Войскового Статистического Комитета. Выпуск первый. Новочеркасск, 1867.
9. Кеппен П. Statistische Reise i,ns Lander Donischen Kosaken, 1852.
10. Лавров и Короваев. О каменных углях русских месторождений. Горн. Журн. Кн. Ш., 1859.
11. Македонский П. Донецкий каменноугольный и железорудный кряж. М., Типография Мамонтова, 1860.
12. О добыче Грушевского антрацита. Горный журнал, 1843, №5.
13. О месторождениях антрацита в землях войска Донского, и о выгодности открыть там разработки сего материала. Горн. Журн., 1842, Кн. I.
14. О месторождении антрацита при хуторе Поповом на речке Грушевке, в земле Войска Донского. (Соч. Шт . Кап. Иваницкаго). Горн. Журн. 1839, Кн. VII.
15. Оливьери. Описание приисков каменного угля в Екатеринославской губернии в Таганрогском начальстве и Ростовском уезде. Горн. Журн., 1828, кн 6.
16. Рогозин Е. И. Железо и уголь на юге России. С 23 политипажами, картой, диаграммой и ведомостями. С-Петербург, Типография Исидора Гольдберга, 1895.
17. Скальковский А. А. Опыт статистического описания Новороссийского края.Ч. 1-2. Одесса : тип. Л. Нитче, 1850-1853
18. Скальковский А. А. РОПиТ 1857-1869. Одесса: Тип. П. Францова, 1870.
19. Статистический Ежегодник Совета Съезда представителей промышленности и торговли, 1913.
20. Статистическое описание земли донских казаков, составленное в 1822-1833 годах. / [В. Д. Сухоруков]. - Новочеркасск : Обл. Войска Донского тип., 1891.
21. И. Фолкнер Взгляд на состояние каменноугольной промышленности в земле Войска Донского и об антрацитовом Грушевском месторождении. 1861. І'орн. Журн. Кн. III.
22. Фомин П. И. Краткий очерк истории Съездов горнопромышленников юга России. Харьков, 1908.
23. Фомин П. И. Горная и горнозаводская промыщленность юга России. том 1-й Харьков, 1915.

СЕТЕВОЙ РЕСУРС

1. О Демидове А. Н.
http://biografii.niv.ru/doc/encyclopedia/biography/articles
/4847/demidov-anatolij-nikolaevich.htm
2. Горные инженеры Грушевки
http://donbass.name/2495-gornye-inzhenery-grushevki.html
3. Грушевские копи. Шахтерская энциклопедия
https://miningwiki.ru/wiki/%D0%93%D1%80%D1%83%D1%88%
D0%B5%D0%B2%D1%81%D0%BA%D0%
B8%D0%B5_%D0%BA%D0%BE%D0%BF%D0%B8
4. О зарождении горнозаводского промысла
http://elib.shpl.ru/ru/nodes/8924-t-1-istoriya-gornorabochih-rossii-do-
60-gg-xix-veka-1926#mode/inspect/page/15/zoom/4
5. «О пользе и употреблении русского земляного угля»
https://zen.yandex.ru/media/id/5bff89dd9974671312bd830a/muzeinaia-biblioteka-
nikolai-lvov-o-polze-i-upotreblenii-russkogo-zemlianogo-
uglia-5dd2813d1877c954d6c7cc30











© Все права защищены. 2022 г.